Не для сцены…

Моя одногруппница обладала лирико-колоратурным сопрано и когда исполняла «Темно-вишневую шаль» или «Дремлют плакучие ивы», в соседних аудиториях приостанавливали дирижирование и выходили в коридор послушать. Ее голос летел, струился, журчал, ласково трогая верхнюю «ми». Внизу вокал звучал плотно, а в верхних регистрах – чисто и свободно, как у самой Чечилии Бартоли. Девушке пророчили большое будущее и с нетерпением ждали сольный концерт.
В назначенный день в актовом зале было не протолкнуться. Мы сканировали «Та-ня! Та-ня!» и размахивали от руки нарисованными плакатами. Певица несвойственной походкой проковыляла к микрофону, угрожающе улыбнулась и запела мимо нот. Сперва решили, что это от стресса, от волнения и на второй арии все получится, настроится, зазвучит. Только девушка продолжала фальшивить и ошибаться. Рвать дыханием фразы, въезжать в высокие ноты на хромой телеге и забывать слова. С тех пор она пела только в классе и только для своих, так и не подружившись с большой сценой.
В короткометражном фильме «Настройщик» парень в учебном классе играл, как Бог, а когда вышел на сцену во фраке, не смог связать и двух нот. Принимая участие в конкурсе Бернштайна, забыл первый аккорд, пассаж, всю пьесу, и просидел за роялем неподвижно, словно истукан. Всю зиму пережевывал свой позор, валяясь на диване, затем встал, отряхнулся, собрал оставшиеся силы и переформатировался в настройщика. Слепого настройщика.

Страх публичных выступлений серьезное испытание для большинства. Психиатры даже называют вопиющую цифру длиною в 95%. Эта фобия стоит на третьем месте после страха смерти и одиночества и серьезно портит жизнь. Знаю девушку, настойчиво пытающуюся ее победить. Она преподавала в институте риторику и каждый выход к студентам сопровождался тошнотой, прыжками сердца в высоту и неконтролируемым оскалом. Да что тут говорить, ей было сложно даже крикнуть в маршрутке: «Передайте, пожалуйста, на билет». С ней работали психологи, требуя записывать ощущения после каждой лекции. Она послушно их фиксировала. Стало полегче лишь на сто шестидесятый раз. Преподавательница научилась контролировать дыхание, непроизвольно прыгающие руки и не допускать паралич голосовых связок, только так и не сумела научиться удерживать интерес аудитории.

Не все могут руководить. Большинству комфортнее подчиняться.
Не все способны стоять у штурвала. Миру нужны еще и боцманы, и камбузники, и строители кораблей.
Не все обязаны ораторствовать. Кто тогда будет слушать?

автор  Ирина Говоруха

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Смех до слёз