Какой на самом деле была Роксолана-Хюррем. Лучше присядьте.

Одна из самых влиятельных женщин своей эпохи, супруга османского султана-завоевателя Сулеймана Великолепного, удостоилась громкой славы лишь спустя почти шесть веков после смерти.

О ней, правда, много говорили при жизни, причем в разных частях света.

В XIX веке она стала героиней ряда повестей, романов и даже поэм. Особенно старались украинские авторы, которые стремились связать имя Хюррем с историей своей страны. В 1990-е годы на украинском телевидении даже сняли сериал под названием «Роксолана», собрав все вымыслы о Хюррем и превратив их в историю о романтической любви прекрасной рабыни и не менее прекрасного правителя.

Но все эти попытки прославить ее прошли почти незамеченными.

Поздняя слава

Лишь когда на телевидении стартовал турецкий сериал «Великолепный век» и гаремные страсти XVI века буквально ворвались в каждый дом, многие с удивлением узнали: оказывается, даже в таком сугубо патриархальном, основанном на исламских традициях государстве, как Османская империя, была женщина, игравшая заметную роль в истории.

Однако достоверной можно признать лишь общую канву исторических событий, представленных в сериале. Что до подробностей гаремного быта, характеров и даже костюмов, являющих интересный симбиоз средневековой европейской моды, Возрождения и ампира, — все это можно отнести скорее к творческой фантазии сценаристов и художников.

Тайны переписки

Сохранилось мало документов, на которые могут опираться исследователи. Османский двор был структурой закрытой. Доступ в «святая святых» — гарем – имели лишь султан и его сыновья. Евнухи не писали мемуаров. Наложницам это и в голову не приходило. Так что об интимной жизни главы Османской империи мы узнаем лишь из переписки Сулеймана и Хюррем – переписки, которая действительно была очень нежной, что и отображено в сериале.

Какие-то отголоски событий в гареме доносят записки иностранных послов, собиравших сведения по крупицам, в том числе из сплетен, ходивших за пределами султанского дворца Топкапы. Эти сплетни и сформировали мировое «общественное мнение» о Хюррем как о ведьме, околдовавшей султана, и о злодейке, чужой кровью омывающей путь своих сыновей к трону.

Пять имен Хюррем

С легкой руки автора «Турецких записок», посла Священной Римской империи в Стамбуле могущественная жена султана Сулеймана стала известна в Европе как Роксолана. Хотя это было только прозвище, которое турки давали рабыням-славянкам. На османских картах того времени часть Восточной Европы обозначалась как Роксолания.

В гареме же султаншу называли Хюррем (смеющаяся) — по имени, которое было присвоено ей после принятия ислама, – по некоторым сведениям, имя своей наложнице дал сам султан, что было невероятной честью

Настоящее имя Хюррем, данное ей при крещении, так и осталось неизвестным. Якобы на родине ее звали Анастасия или Александра. Вероятнее всего, она была дочерью священника родом то ли из Украины, то ли из Польши. Ее происхождение – «попа дочь» — подтверждает в своих записях один из историков того времени. А вот что касается имени и фамилии, то, скорее всего Анастасию (или Александру) Гавриловну Лисовскую вместе с большей частью подробностей ее биографии выдумали романисты XIX века.

Точно известно лишь то, что Хюррем была славянкой, похищенной из родных мест крымскими татарами, которые продали ее на невольничьем рынке в нынешней Феодосии перекупщикам из Османской империи. Вскоре она попала в гарем Сулеймана, который, возможно, тогда еще не взошел на престол, а являлся санджак-беем (правителем) Манисы.

Будущая фаворитка на тот момент была подростком, и между ее появлением в гареме и сближением с повелителем прошло несколько лет. Словом, события развивались не столь стремительно, как показано в сериале.

Была ли Хюррем «кровавой султаншей»?

Героиня «Великолепного века» вмешивается в дела государства лишь для того, чтобы выжить и сохранить жизнь своим детям. Ради этого она коварным нашептыванием старается приблизить к султану одного визиря, отдалить другого, «заказывает» убийства неугодных ей сановников, плетет иногда сложные, иногда примитивные сети интриг.

А между тем в своих письмах настоящая Хюррем демонстрирует государственный ум, образованность и широкие для того времени взгляды. Так что нет ничего удивительного в том, что правитель прислушивался к ее советам.

Она действительно влияла на назначения в диване (совете визирей), интересовалась международной политикой и даже принимала у себя иностранных послов – «с открытым лицом», как свидетельствуют авторы исторических записок. Хюррем занималась благотворительностью, на ее средства строились приюты и мечети. А вот слухи о политических злодействах султанши, на которых в «Великолепном веке» построены длинные сюжетные линии, возможно, несколько преувеличены.

В частности, заговор, организованный Хюррем, чтобы привести к казни великого визиря Ибрагима-пашу, а затем и наследника престола шахзаде Мустафу, – это всего лишь легенда, не подтвержденная документально.

Хюррем не любили. Она вызывала страх, зависть и ненависть, так как была первой женщиной в истории Турции, которая умудрилась превратить любовные узы в инструмент полноценной власти, распространившейся за пределы гарема.

Она создала «прецедент» и этим открыла эпоху, известную как «женский султанат». После нее султанши уже не стесняясь, открыто занимались государственными делами.

Какие священные традиции нарушила Хюррем

Кто-то даже пишет о том, что с правления Хюррем начался «закат» Османской империи. Крах последовал лишь спустя несколько веков. Но вины Хюррем в глазах консерваторов это не умаляет.

Чем же на самом деле провинилась султанша?

Во-первых, при ней была разрушена многовековая традиция, по которой правители никогда не женились на своих наложницах, хотя никакой закон этого официально не запрещал. Влюбленный Сулейман заключил никях (брак) со своей рабыней, предварительно освободив ее. Все это вызвало скандал.

Во-вторых, она родила султану пятерых сыновей — Мехмеда, Абдуллу, который в сериале не упоминается (скорее всего, потому, что умер в трехлетнем возрасте и никакой роли в истории сыграть не успел), а также Селима, Баязета и Джихангира.

Хотя, по обычаю, который, в основном соблюдался, наложница могла родить султану лишь одного ребенка мужского пола. После этого она получала почетный статус султанши, но в то же время «отставку» от ложа правителя, и должна была заниматься исключительно сыном. Честь продолжения османского рода переходила к другим жительницам гарема.

В-третьих, священное право султана иметь детей от многих наложниц (этот обычай был обусловлен высокими показателями детской смертности и риском оставить трон без наследника) долгое время было под угрозой, из-за того, что Хюррем правдами и неправдами, употребляя все свое влияние, препятствовала ему.

Известно несколько случаев, когда наложниц, которые могли составить султанше серьезную конкуренцию, удаляли из гарема. Причем делалось это по распоряжению султана и его матери – валиде-султан, которая якобы даже однажды извинились перед невесткой за то, что отправила к сыну одну из своих рабынь.

В-четвертых, традиция требовала, чтобы по достижении шахзаде (принцем) совершеннолетия мать сопровождала его в санджак – выделенную ему провинцию, на которой наследник «оттачивал» свои навыки управления.

Хюррем не поехала ни за одним из своих сыновей, а оставалась в Стамбуле, со своим мужем, чем опять же вызывала многочисленные толки и пересуды.

И самое главное: взаимная привязанность, которую Сулейман и Хюррем демонстрировали на протяжении многих лет, тоже совсем не вписывалась в обычаи двора. В глазах людей, правитель, подчиненный женщине, был не способен воплотить свое главное предназначение – завоевать новые земли для укрепления могущества империи.

Свою привязанность султан пронес через всю жизнь. Когда Хюррем умерла – по разноречивым слухам, то ли от отравления, то ли от долгой болезни, супруг воздал ей невиданные опять же доселе почести: похоронил в построенной по его приказу мечети Сулеймание, с тем, чтобы спустя несколько лет лечь навеки рядом с любимой женой.

Источник

Похожие статьи

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Смех до слёз